На главную

Бывает, сидите вы жарким днем с приятелем в парке, пьете пиво и смолите сигареты, вокруг стрекочут стрекозы и прыгают воробьи, иногда мимо проходит пара стройных женских ног. Словом, сидите вы мирно и никого не трогаете, и вдруг из ниоткуда появляется гопник, он не вымогает ни пива, ни мелочи, ни сигарет, а просто говорит:

— Здорово, пацаны.

Он протягивает вам руку, вежливо представляется и садится на лавку рядом с вами. Вы узнаете, что зовут его Колян или Валет или как-то там еще, и сверх того в первую же минуту выслушиваете массу подробностей о последних паре лет жизни Коляна, Валета или как его там еще.

Вы начинаете что-то подозревать и осторожно оглядываетесь по сторонам: не сидят ли в кустах Лысый, Косой, Паштет или Корявый — соратники вашего нового знакомого. Но нет — в кустах никого кроме воробьев, собачьего дерьма и пустых бутылок, а гопник настроен вполне себе дружелюбно. Вот он завел байку о том, как в прошлом месяце раскроил деревянной битой череп некоему Штакету, когда Штакет пытался достать его арматуриной и даже порвал Коляну, Валету или как его там, новую мастерку. А вот он извлек откуда-то из-за пазухи замусоленную фотографию, на ней запечатлены пацаны и "телухи", и наш герой принимается перечислять пацанов по "погонялам" и, попеременно тыча пальцем в "телок", дежурно комментирует:

— Эту ебал, эту ебал, а вот эту не ебал.

Закончив свой нехитрый рассказ, Колян, Валет или как его там прячет фотку обратно за пазуху, просит разрешения отхлебнуть у вас пива, громко отрыгнув, резюмирует, что вы — нормальные пацаны, и говорит:

— Хотите накуриться?

В вашем мозгу, конечно, снова мелькает тень сомнения. В общем, это даже не сомнение, а знание, взращенное на опыте общения с такими вот типами на таких вот скамейках и элементарная логика. Все подвесы Колянов, Валетов или как их там, давно известны. Вот сейчас ваш одноразовый лавочный друг скажет:

— Ну че, пацаны. По стошке скидываемся, через десять минут пакет приношу — убьемся, нахуй, за всю хуйню.

Вы отдаете деньги, гопник бежит за товаром, оставляя вас ждать до второго пришествия. Потом наступает вечер: в лучшем случае, вы блюете все под той же скамейкой все у тех же кустов. В худшем — пиво банально кончается, и лишившись последних ста рублей на добавку, икая, разбредаетесь по домам.

Но нет. Все происходит совершенно неожиданным образом.

Вы отвечаете: "А давай — хули, ёбана", пацан в мгновение ока извлекает откуда-то (не иначе, как снова из-за пазухи) свернутый вчетверо газетный листок, разворачивает его и демонстрирует вам свой конопляный фонд. Вы можете воочию оценить изумрудную шершавость пушистых соцветий. А запах, запах...

Вот он достает беломорину, резко дует в нее, словно стреляя из трубочки (табак летит далеко вперед, частично попадая в лицо случайному похожему) и ловко приколачивает. Менее чем через минуту жирная, благоухающая "пионера" уже "взорвана" (подожжена), "подлечена" (чтоб бумага горела медленней) и пущена по кругу.

— Давай, давай, шевели булками. Она же горит, ёб твою.

Передавай косяк быстрее, ибо он тлеет, драгоценные миллиметры расходуются вхолостую вместе с клубами дыма, уходящими по ветру. За такое в правильном обществе и спросить могут.

Наконец пацан, приосанившись и напустив важный вид, словно этакий ямайский старейшина, говорит:

— Ну давай парик пущу, ёба!

"Парик" или "паровоз" — вот вам особый и крайне действенный способ накурки. Когда под рукой нет "бульбича", "паровоз" поможет сберечь ресурсы и эффектно при этом "ушататься". Он предполагает установление тесного, почти дружественного контакта даже между малознакомыми людьми, разделившими косяк. "Парик" — пассивный метод курения, подразумевающий активное взаимодействие двух сторон: дарующего и принимающего.

Это маленький, но красивый обряд. Роли в нем четко разделены. Косяк всегда в руках у опытного пацана. Он — инициатор, посвящающий в тайну. Главный Жрец Анаши, умеющий грамотно накурить. Искусный накурщик сродни хорошему банщику или священнику — кому как нравится. Накурка других — целое искусство, требующее от исполнителя тонкого знания человеческой натуры. Он всегда думает прежде всего о братве, и в последнюю очередь о собственном благе.

Раскуривающий поворачивается к пастве лицом и помещает косяк целиком в рот — угольком внутрь. Наружу выглядывает лишь "пятка" — мундштучный отросток беломорины. Когда готовы все участники действа, инициатор сигнализирует, что можно начинать и, не вынимая уголька изо рта, жестом призывает вставших в очередь реципиентов по одному приблизиться к нему. Принимающий делает губы трубочкой, и накурщик начинает плавно выпускать дым через "пяту" в рот накуриваемому. Последний, в свою очередь, вдыхает дым, насколько хватает легких и, когда лимит достигнут, знаком показывает: "стоп". Далее приближается другой, и инициатор совершает ту же процедуру, насколько ему самому хватает запаса воздуха.

Пускание париков — особая миссия для достойных пацанов. Умение, вырабатываемое годами. Во-первых, необходимо точно дозировать дым, стараясь не проронить ни струйки. Во-вторых, чувствовать реципиента, выбрать нужный момент, когда он наиболее открыт ниспадающему на него Ништяку. В-третьих — соблюдать элементарные правила безопасности, дабы не опалить себе язык. В-четветых, обладать внушительным объемом легких.

И вот вас накрывает так, что вы начинаете чувствовать скрежет земной оси. Солнце палит как на Венере, вокруг выжженная пустыня, и это последний день лета перед вечной ядерной зимой, а вы невольно проникаетесь уважением и даже симпатией к Коляну, Паштету или как его там.

А Колян-Паштет времени даром не теряет. Он говорит:

— Ну хули ты стоишь, ёбана? Давай тебе электричку сделаем.

"Электричка" — это тема особая. По сути, тот же "паровоз", только с физкультурным уклоном, и почти всегда — дополнение к обыкновенному "парику". Это блюдо, которое почти всегда оставляют "на догон", десерт для гурманов.

Исходная позиция — "на кортах", вы и накурщик лицом друг к другу. Вот он пускает классический "парик", а вы его ловите и, синхронно друг с другом, поднимаетесь на ноги. Вдыхать и подниматься нужно достаточно резко — чтобы повысилось кровяное давление и мозг получил двойную порцию кислорода с каннабиолом. Встав в полный рост, вы набираете полные легкие едкого дыма и удерживаете, сколько можете.

Приход, как говорят старожилы, не заставит себя ждать.
Но Колян (или Паштет, или как его там?) не унимается. Он и сам хапнул пару раз так, что сам Боб Марли, поди, в гробу перевернулся. Так вот, он не унимается и говорит:

— Ну хули ты стоишь, ёптваю, как неродной совсем? Давай тебе карусель сделаем!

"Карусель" — это совсем злая тема. Это чтобы совсем "убиться и потеряться". Да вы и сами это знаете, но инстинкт естествоиспытателя снова берет верх.

Итак, вам нужна обычная детская карусель. Поскольку вы в парке, отыскать ее труда не составит. Вы усаживаетесь, а накуривающий раскручивает центрифугу и заскакивает на подножку. Выверенным движением он снова помещает "пионеру" в позицию "паровоз" — тлеющим углем к языку. И, пока карусель что есть сил вертится, задувает "парик" такой глубины, что вы натурально перестаете понимать, что на деле кружится — мир вокруг или ваша бедная голова.

Вспышка света лишает вас чувства времени. Но в какой-то момент вы осознаете, что ядерная зима все-таки наступила. И, похоже, без вашего участия.

Вы не уверены, что это Венера. Вы уже ни в чем не уверены. Вас окружают существа в эластичных костюмах с широкими серебристыми полосками по бокам.

Вы машинально щупаете карман — на месте ли "стошка"...

В статье использованы кадры из фильма Ильи Хотиненко "Одиссея. Год 1989 (Умняк)":